Убийца внутри меня - Страница 15


К оглавлению

15

— Ты имеешь в виду, с тех пор как эта женщина приехала в город.

— Ладно, — сказал я, — я сделал все, что мог. Если упорствуешь в том, чтобы верить в эту чушь, я не желаю…

— Подожди, Лу! — Она повисла у меня на шее. — Ты же не можешь винить меня за то, что… — И она сдалась. Она должна была сдаться ради себя самой. — Прости меня, Лу. Конечно, я ошибалась.

— Естественно.

— И когда же мы поженимся, а, Лу?

— Чем скорее, тем лучше, — соврал я. У меня не было ни малейшего желания жениться на ней. Но мне нужно было время, чтобы кое-что спланировать, и я должен был заставить Эми молчать. — Давай поговорим об этом через несколько дней, когда придем в себя.

— Э-э, нет, — покачала она головой. — Раз уж мы приняли решение, давай покончим с этим. Давай поговорим об этом сейчас.

— Уже светает, детка, — напомнил я. — Если ты еще немного задержишься, соседи могут увидеть тебя, когда ты будешь уходить.

— Ну и пусть, дорогой. Меня это ни капельки не волнует. — Она прижалась ко мне. Даже не видя ее лица, я знал, что она ухмыляется. Она поймала меня и теперь торжествовала.

— Я очень устал, — сказал я. — Мне нужно немного поспать, прежде…

— Я сварю тебе кофе, дорогой. Он взбодрит тебя.

— Послушай, детка…

Зазвонил телефон. Она не торопясь отстранилась от меня, и я подошел к письменному столу и взял трубку.

— Лу? — Это был шериф Боб Мейплз.

— Да, Боб, — ответил я. — В чем дело?

Он объяснил мне, я сказал: «Ладно» — и повесил трубку. Эми посмотрела на меня и мгновенно перестала упорствовать в том, чтобы остаться.

— Работа, да, Лу? Тебе нужно ехать на работу?

— Да, — кивнул я. — Шериф Боб заедет за мной через несколько минут.

— Бедняжка! Ты же так устал! Сейчас оденусь и уйду.

Я помог ей одеться и проводил до задней двери. Она страстно поцеловала меня, и я пообещал, что позвоню ей при первой же возможности. После этого она ушла, а через пару минут подъехал шериф Мейплз.

8

Вместе с ним в машине был окружной прокурор Говард Хендрикс. Он сидел на заднем сиденье. Садясь вперед, я окинул его холодным взглядом и кивнул. Прокурор только посмотрел на меня, но не кивнул в ответ. Я не представлял для него интереса. Он принадлежал к тем профессиональным патриотам, которые постоянно рассказывают, какими героями они были во время войны.

Шериф Боб включил передачу и тревожно прокашлялся.

— Сожалею, что потревожил тебя, Лу, — сказал он. — Надеюсь, я не оторвал тебя от важных дел?

— Ни от чего такого, что не могло бы подождать, — ответил я. — Она — я и так заставил ее ждать пять-шесть часов.

— У вас было назначено свидание на сегодняшний вечер? — спросил Хендрикс.

— Верно. — Я не повернул головы.

— На который час?

— На начало одиннадцатого. Я планировал к этому времени закончить с делом Конвея.

Окружной прокурор что-то проворчал. Чувствовалось, что он более чем разочарован.

— А что за девушка?

— Не ваше…

— Подожди минутку, Лу! — Боб убрал ногу с педали газа и повернул на Деррик-Род. — Говард, ты уходишь в сторону. Хоть ты тут у нас новичок, — работаешь всего восемь лет, верно? — все равно ты должен знать, что нельзя задавать мужчине подобные вопросы.

— Какого черта! — возмутился Хендрикс. — Это моя работа. Это важный вопрос. Если у Форда на прошлый вечер было назначено свидание, это… гм, — он заколебался, — это говорит о том, что он планировал быть там, а не… э-э… гм… где-то в другом месте. Вы понимаете, что я имею в виду, Форд?

Я отлично понимал, но не собирался говорить ему об этом. Я был тупицей Лу из Каламазу. Я бы никогда не заготовил себе алиби, потому что никогда бы не сделал то, для чего нужно алиби.

— Нет, — буркнул я, — я не понимаю, что вы имеете в виду. Возвращаясь к расследованию — я не хочу никого обидеть, — я думал, что вы уже наговорились столько, сколько вам положено, когда я отвечал на ваши вопросы час назад или около того.

— И ты крупно ошибся, братишка! — Я увидел его лицо в зеркале заднего вида. Красный как рак, он таращился на меня. — У меня есть еще много вопросов. И я все еще жду ответа на последний. Кто эта?..

— Прекрати, Говард! — Боб резко мотнул головой. — Если ты еще раз спросишь Лу об этом, я потеряю терпение. Я знаю девушку. И ее родителей. Она одна из лучших девушек в городе, и у меня нет ни малейшего сомнения в том, что у Лу было с ней свидание. Хендрикс нахмурился и раздраженно хмыкнул.

— Я что-то недопонимаю. Она не слишком хороша, что сп… ладно, оставим это, однако она слишком хороша для того, чтобы упоминать ее имя в обстановке строгой секретности. Будь я проклят, если что-либо понимаю. Чем дольше я общаюсь с вами, тем меньше понимаю вас.

Я повернулся к нему и улыбнулся, стараясь выглядеть дружелюбным и серьезным одновременно. Нельзя допустить, чтобы кто-то злился на меня. А человек, у которого на совести лежит тяжелый груз, не имеет права злиться на окружающих.

— Думаю, Говард, мы все тут немного высокомерные, — сказал я. — Наверное, это происходит оттого, что плотность населения в округе небольшая, и человек должен быть очень осторожен в своих поступках, иначе его возьмут на заметку. Я имею в виду, что у нас нет толпы, где можно спрятаться, и он всегда на виду.

— И что?

— А то, что если мужчина и женщина занимаются тем — ничем плохим, как вы понимаете, — чем мужчины и женщины занимались всегда, нужно делать вид, будто ничего не знаешь. Потому что рано или поздно тебе тоже понадобится такое же одолжение. Теперь вы поняли? Это единственный для нас способ оставаться человечными и в то же время высоко держать голову.

15